Сборник стихов донецкой поэтессы тайно печатают в Европе

Семьдесят страниц, напечатанных в типографии с разбитыми окнами. Книга, от которой плачут танкисты. И которую тайком передают из рук в руки в Европе, где русская литература вне закона. Корреспондент «РГ» нашла автора этих стихов Инну Кучерову в Донецке.

…Слышите? За тонкой стеной донецкого придорожного кафе — звон чашек, чей-то смех, шипение кофемашины. Но между этими мирными звуками отчетливо пробивается глухая, вязкая канонада. Дроны и артиллерия. Слышно, как близко дышит передовая. Где-то совсем рядом, в 20-30 километрах.

Инна отодвигает остывший чай. Кладет на стол тоненькую брошюру в мягкой обложке — «Письмо солдату». Семьдесят с лишним страниц. Никаких рекламных щитов, никаких презентаций в модных книжных магазинах у нее не было. Сборник не купить в интернете. Только получить в дар — из рук в руки.

— В Европе за эту книгу можно сесть в тюрьму, — говорит она почти шепотом. — Реально сесть.

А за окном — майский день в Донецке. Женщины с распущенными волосами, машины и пробки. И снова какой-то далекий, но узнаваемый звук сработавшей ПВО.

«ЗДРАВСТВУЙ, СОЛДАТ. ТЫ МЕНЯ НЕ ЗНАЕШЬ…»

Инна Кучерова дончанка. Журналист, волонтер, поэтесса, член Союза писателей России. А еще — единственная певчая воинского мобильного храма на передовой. Но сейчас не о том.

— Книга начинается как обычное письмо, — говорит она. — «Здравствуй, дорогой солдат. Мы с тобой не знакомы…».

Инна написала этот сборник в 2022-м. В нем нет изысканных метафор, сложных литературных приемов. Бойцы, которые читают стихи в окопах, говорят просто: «Нам нужны понятные слова. Четкие фразы. Как в военных приказах».

Инна нашла эти слова. Она объясняет солдату в стихах, зачем он здесь, за что воюет. Потому что многие мобилизованные бойцы с «материка» (так здесь называют Россию) сначала понимали не до конца. А после прочтения все становится ясно.

Один боец из Пскова как-то сказал Инне: «Спасибо. Теперь я знаю, чью спину прикрываю».

«ЗА ЭТО МОЖНО СЕСТЬ В ТЮРЬМУ»

Самое неожиданное случилось потом. Друзья-волонтеры перевели «Письмо солдату» на английский и китайский.

— И вот, — Инна оглядывается. В кафе никого, кроме нас и уставшего официанта. Но она все равно понижает голос. — Из Европы мне пишут: мы твою книгу тиражируем. Просто отпечатываем на принтере и передаем из рук в руки. Там за такое — реальный срок.

Тем не менее, сборник гуляет по Старому Свету. Его читают те, кто привык видеть Донбасс не только в сухих сводках новостей. И после прочтения, по словам Инны, многие европейцы перестают понимать, где же правда.

— Книга свою миссию выполнила, — уверенно говорит поэтесса. — Она доносит нашу правду. Потому что русский не может поехать к европейцу и европеец сюда не может. А вот этот мост литературный работает.

КИТАЙСКАЯ СЕМЬЯ И ТИПОГРАФИЯ С РАЗБИТЫМИ ОКНАМИ

Любопытна и предыстория. Первый тираж сборника вышел в самый тяжелый период, зимой 2022 года, когда Донецк был без света, воды и отопления.

Единственная типография работала с разбитыми окнами. Краски для станков не было — печатали на обычном принтере.

— Помогла русская семья, которая живет в Китае, — рассказывает Инна. — У них семеро детей, сами из Москвы. Они полностью оплатили тираж. Им тоже захотелось внести лепту, хотя они далеко.

Сейчас напечатаны тысячи и тысячи экземпляров. Но книгу нельзя купить. Только получить в дар от автора или волонтеров. В России. В Европе. В Китае.

БОЙЦЫ ВЫСТРАИВАЛИСЬ В ОЧЕРЕДЬ

Главные читатели Кучеровой не европейцы. А те, кто сейчас на передовой. Бойцы в Первой гвардейской Славянской бригаде имени святого князя Владимира, батальоне мобрезерва ДНР 1117 «Русь». В других подразделениях тоже.

— Я впервые прочитала стихи из сборника прямо перед Новым годом. — Она смотрит в окно, будто видит ту самую тьму. — В окопах было -15°C, ночь. Бойцы из танка Т-72 только что вылезли. Читаю и вижу: взрослые мужики плачут.

Хор небесный на мгновенье смолк,

Мир наполнив тишиной до края,

Это 91-полк,

Утром заходил в ворота рая…

Она замолкает. Я слышу, как за соседним столиком звякнула ложка.

— Прочитала еще два стиха. У бойца с позывным Кузбасс слеза стирает черную копоть на щеке — и остается светлая полоса. Я тогда сказала бойцам: «Вот она, наша белая полоса».

После чтения бойцы выстроились в очередь за автографом. Один подошел, протянул книжку: «Подпишите моему сыну, он уже взрослый. Мальчик освобождал Мариуполь, потерял левую ногу, выжил один из всего штурмового отряда. А я, отец, встал на его место — закончить его дело».

Инна подписывала и не могла сдержать слез.

«МУЖ ТАНЦУЕТ БАЧАТУ НА ПРОТЕЗАХ»

Она достает телефон. Листает фото. Останавливается на снимке — шеврон с изображением Иисуса Христа Спас Нерукотворный.

— Мне однажды написала женщина из Белгорода, жена танкиста с позывным Музей. Увидела в моем блоге такой же шеврон на моем плече. И говорит: «У мужа такой был на бронежилете, когда его подбили. Трое суток лежал в снегу. Все умерли. Он один остался — молился на этот шеврон. Потом одежду срезали медики, шеврон потеряли. Теперь он без ног в госпитале. Ампутированы обе ноги и рука. Просит найти точно такой же шеврон».

Инна нашла. Отправила.

— Через полтора месяца этот парень встал на два протеза, — улыбается она. — Жена прислала видео — он танцует бачату!

Вот она, та самая сила к жизни, которую не сломать ни дронами, ни минами.

КТО ЕСТЬ НА САЙТЕ «МИРОТВОРЕЦ»?

Инна показывает книгу. Скромная обложка. А у этого автора — золотой диплом «Золотого витязя» (главная награда престижного международного литературного форума) и премия имени Лескова «Очарованный странник» (учреждена за верность традициям русской классической прозы). Сборник рекомендуют для внеклассного чтения в школах. А для кого-то в Европе он стал запретным плодом.

— Я даже не знаю, есть ли я в санкционных списках, — смеется Кучерова. — Не проверяла. Но на сайте «Миротворец» (запрещен в РФ — прим. «РГ»), мне говорили, я есть. Друзья говорили. Значит, я все правильно делаю.

Инна допивает чай. Задумалась.

— Я родом из Красного Лимана, это 25 километров от Славянска, где идут бои, — тихо говорит она. — Там погиб мой дядя, родной брат мамы. Дрон ВСУ сбросил мину, убил его, когда он воду питьевую из колонки набирал. Мы с мамой отпевали дядю уже здесь, в донецком храме.

ХОТИМ ОДНОГО: ЧТОБЫ ВОЙНА КОНЧИЛАСЬ

Инна сжимает край скатерти. И вдруг произносит то, от чего на секунду замирает даже официант:

— Знаете, мы мечтаем о мире. Мы не хотим воевать вечно. Мы в Донецке хотим, чтобы наши дети перестали прятаться в подвалах. Мой сын Захар — ему 16. Он ребенок войны. С четырех лет знает, что такое РСЗО «Град». Он скорее поверит в обстрел, чем в грозу в небе. И я каждое утро просыпаюсь с одной мыслью: пусть это закончится. Пусть он туда не попадет.

Мягкая, но пронзительная антивоенная нота здесь, в Донецке, не требует громких слов. Она в каждом взгляде. Но при этом Инна твердо знает: специальная военная операция была неизбежна. Потому что много лет, с 2014-го, Донбасс обстреливали. Потому что детей убивали натовскими снарядами прямо во дворах. Потому что, как говорит стихами сама Кучерова, «Украина всегда была для нас мачехой, а Россия — вернулась мамой».

— Мы голосовали за независимость ДНР в 2014-м. А потом случился 2022-й. И мы поняли: только с Россией у нас есть будущее. Это не громкий патриотический лозунг. Просто жизнь.

НИТЬ, КОТОРУЮ НЕ ПОРВАТЬ

Мы выходим из кафе. Инна показывает на небо в разрывах облаков.

— Смотрите. Пока тихо. Но через час может быть «прилет». Здесь привыкли.

Она протягивает мне экземпляр «Письма солдату». Беру в руки — простые страницы, дешевая бумага. А внутри — строчки, которые уже идут по Европе тайными тропами.

— У нас есть поговорка, — говорит Инна на прощание. — Если через пять минут общения с человеком на фронте вы не нашли общих знакомых, кто-то из вас там не был. Мы все связаны. И книга — это та нить, которая держит нас вместе.

Я смотрю ей вслед. Машина, поцарапанная осколками, уезжает в сторону передовой — там сегодня служба в мобильном храме, где она единственная певчая в церковном хоре. И думаю: правда, даже напечатанная на старом донецком принтере, разлетается, как ракета. И ее не остановить ни таможнями, ни пунктами пропуска на границе с ЕС, ни тюремными сроками.

У новой книги — дневника Инны Кучеровой — пока нет названия. Но она уже в финале всероссийской литературной премии «Гипертекст». А ее автору предстоит представить свой дневник на главном литературном событии страны — книжном фестивале «Красная площадь» этим летом. Если, конечно, позволит обстановка на фронте.

_

Анна Ковалева

№ 32, 14.08.2026